• Новости

  • Архив

  • Самое популярное

  • Мета

  • Новое

  • Вильгельм II Прусский (кайзер)


    Просмотров: 323

    Вильгельм II – последний Германский император и король Пруссии. Старший сын короля Пруссии и Германского императора Фридриха III Прусского и британской принцессы Виктории.

    Царствование Вильгельма было ознаменовано усилением роли Германии как мировой промышленной, военной и колониальной державы и завершилось Первой мировой войной, поражение в которой привело к свержению монархии в ходе Ноябрьской революции.

    Вильгельм II Прусский

    (Фридрих Вильгельм Виктор Альберт Прусский)

    нем. Wilhelm II, нем. Friedrich Wilhelm Viktor Albert von Preu?en

    27 января 1859 г.

    4 июня 1941 г.

    Берлин, Бранденбург, Королевство Пруссия поместье Дорн, рейхскомиссариат Нидерланды

    Royal_Standard_of_the_King_of_Prussia_(1871–1918).200     9-й король Пруссии

    15 июня 1888 г. – 9 ноября 1918 г.

    Предшественник:
    Фридрих III Прусский
    Короли Пруссии
    Преемник:
    титул упразднен
    Наследник: Вильгельм Прусский

    Kaiserstandarte_Version2.200    3-й  Германский император (кайзер)

    18 января 1871 г. – 9 марта 1888 г.

    Предшественник:
    Фридрих III Прусский
    Германские императоры (кайзеры)
    Преемник:
    титул упразднён
    Wilhelm_II
    Отец: Фридрих III Прусский (18 октября 1831 г. — 15 июня 1888 г.), 2-й Германский император (кайзер) (9 марта 1888 г. — 15 июня 1888 г.), 8-й король Пруссии (9 марта 1888 г. — 15 июня 1888 г.).
    Мать: Виктория Саксен-Кобург-Готская (Виктория Аделаида Мария Луиза Великобританская) (21 ноября 1840 г. — 5 августа 1901 г.), британская принцесса, старшая дочь Виктории (24 мая 1819 г. — 22 января 1901 г.), королевы Великобритании и Ирландии (20 июня 1837 г. — 22 января 1901 г.), императрицы Индии (1 мая 1876 г. — 22 января 1901 г.), и Альберта Саксен-Кобург-Готского ( 26 августа 1819 — 14 декабря 1861).
    Род: Hohenzollern_Haus_Wappen.200  Гогенцоллерны
    Вероисповедание: лютеранство.
    Место погребения: Мавзолей в Дорне.
    Жена: 1. с 1881 г. Августа Виктория Шлезвиг-Гольштейн-Зондербург-Августенбургская (22 октября 1858 г. — 11 апреля 1921 г.), дочь Фридриха VIII (1829 г. – 1880 г.), титулярного герцога Шлезвиг-Гольштейнского (1863 г. – 1880 г.), и Адельгейды Гогенлоэ-Лангенбургской (20 июля 1835 г. — 25 января 1900 г.).
    Дети: Вильгельм III (6 мая 1882 г. — 20 июля 1951 г.), кронпринц Германии и Пруссии (15 июня 1888 г. — 9 ноября 1918 г.), глава дома Гогенцоллернов (4 июня 1941 г. — 20 июля 1951 г.). С 6 июня 1905 г. женат на герцогине Цецилии Мекленбург-Шверинской (20 сентября 1886 г. — 6 мая 1954 г.).
    Эйтель Фридрих Прусский (7 июля 1883 г. — 8 декабря 1942 г.), принц Прусский. В 1906—1926 годах женат на герцогине Софии Шарлотте Ольденбургской (1879—1964 гг.).
    Адальберт Фердинанд Беренгар Виктор (14 июля 1884 г. — 22 сентября 1948 г.), принц Прусский. В 1914 г. женился на принцессе Аделаиде Саксен-Мейнингенской (1891—1971 гг.).
    Август Вильгельм Прусский (29 января 1887 г. — 25 марта 1949 г.), Прусский и Германский принц, обергруппенфюрер СА. В 1908—1920 годах в браке с принцессой Александрой Шлезвиг-Гольштейн-Зонденбург-Глюксбургской (1887—1957 гг.).
    Оскар Карл Густав Адольф (27 июля 1888 г. — 27 января 1958 г.), принц Прусский, генерал-майор германской армии и 35-й херренмейстер ордена Иоаннитов. В 1914 году женился на графине Инне Марии фон Бассевиц (1888—1973 гг.).
    Иоахим (17 декабря 1890 г. — 18 июля 1920 г.), принц Прусский. Страдал эпилепсией. В 1916 году женился на принцессе Марии Августе Ангальтской (1898—1983).
    Виктория Луиза (13 сентября 1892 г. — 11 декабря 1980 г.), 4-я герцогиня Брауншвейгская. 24 мая 1913 года вышла замуж за Эрнста Августа (1887—1953 гг.), герцога Брауншвейгского.
    Жена: 2. с 6 ноября 1922 г. Гермина фон Рейсс (17 декабря 1887 г. — 7 августа 1947 г.), дочь Генриха XXII, принца Рейсс цу Кёстриц. Вдова силезского князя Шёнайх-Каролата. Детей не было.

    Вильгельм II родился в январе 1859 г. в берлинском дворце наследного принца. Родителями его были Фридрих Вильгельм Прусский и восемнадцатилетняя принцесса Виктория. Роды оказались очень тяжёлыми, и посвященные всерьез говорили о том, что принц вообще чудом остался жив.

    Вильгельм появился на свет с многочисленными родовыми травмами в результате неловкости врача, помогавшего роженице, последствия этих травм сказывались затем в течение многих лет. В левой руке произошел разрыв нервов, связывавших плечевое сплетение со спинным мозгом. Она была значительно короче правой, атрофировалась и не действовала. Чего только не пришлось пережить бедному ребенку по приказу докторов: ему привязывали правую руку к туловищу в надежде, что он начнет пользоваться левой, прикладывали к больной руке свежеубитых животных, вытягивали и распрямляли руку с помощью специально сконструированной «рукораспрямительной машины»

    Кроме того, в течение нескольких лет из-за врожденной кривошеи Вильгельм должен был носить «машинку для поддержания головы», пока родители и врачи не решились на операцию, исправившую этот недостаток. Можно предположить, что новорожденный получил также лёгкое повреждение головного мозга. Отмечено, что такого рода патологии ведут обычно к раздражительности, импульсивности, неумению концентрировать внимание и неустойчивому поведению. Все эти недостатки проявились у Вильгельма уже в раннем детстве.

    Гордая принцесса Виктория очень страдала из-за физической и духовной неполноценности сына. Она мечтала вырастить из него замечательного государственного деятеля, «второго Фридриха Великого», и страшно раздражалась от того, что Вильгельм с трудом усваивает даже обычную школьную программу. Мать жаловалась на его верхоглядство и лень в учебе, душевную холодность и высокомерие. Эта очень умная женщина просто не в состоянии была смириться с тем, что поставленная ею цель на самом деле не соответствует возможностям её сына. Принц постоянно видел разочарование матери и в ответ пытался утвердить собственное «я» через бунт. Его детство и юность были отмечены постоянными ссорами с родителями. Он возмущался их холодностью, несправедливостью, незаслуженными упреками и платил той же монетой – отсутствием любви и презрением.

    Характер Вильгельма с самого начала был очень неровный. Физически слабый и нескладный, принц постоянно старался показать свою силу. Внутренне робкий и неуверенный в себе, он держался вызывающе и самоуверенно. Отсюда происходили его любовь к позе, его явное бахвальство, его неудержимое пустословие, так раздражавшее всех нормальных людей. Наставник будущего императора Хинцпетер постоянно сетовал на невнимательность, лень и «фарисейский» характер своего подопечного, а также на его «эгоизм, достигший почти кристаллической твердости».

    По всеобщему мнению, Вильгельм был «трудный, очень трудный» ребёнок. Когда ему исполнилось пятнадцать лет, Виктория, по совету Хинцпетера, поставила над сыном «беспримерный эксперимент», отдав наследника прусского престола в открытую гимназию в Касселе, где тот учился вместе с сыновьями обычных бюргеров. Принц вставал в пять утра и до занятий в гимназии, которые начинались в семь, должен был час заниматься с Хинцпетером. Наряду с домашними занятиями, с которыми он едва справлялся, Вильгельм получал уроки верховой езды, фехтования и рисования. Кроме того, преподаватели гимназии по вечерам проводили с ним дополнительные занятия по своим предметам.

    Тяжелый день, расписанный буквально по минутам, заканчивался в десять вечера, когда принц, совершенно обессиленный, падал в постель. Он закончил гимназию с оценкой «хорошо», но его леность в учебе продолжала приводить родителей в отчаяние. «Он от природы ужасный бездельник и тунеядец, он ничего не читает, разве что идиотские истории… – жаловалась мать в 1877 г. – Я боюсь, что его сердце совсем невоспитано». Она писала, что у Вильгельма нет «скромности, доброты, доброжелательности, уважения к другим людям, способности забывать о себе, смирения», и желала, чтобы удалось «сломить его эгоизм и его душевную холодность». На других людей Вильгельм производил сложное, неоднозначное впечатление. Болтливый, напыщенный и тщеславный, он был от природы груб и нетактичен, но, при желании, мог быть очень любезен и доброжелателен.

    Неимоверных усилий стоило родителям заставить непокорного Вильгельма закончить школу. Осенью 1877 года его пристроили в Боннский университет, но вскоре у принца обнаружилось хроническое инфекционное заболевание правого уха, вызвавшее опасение за его рассудок и жизнь. Принца обследовал английский хирург, который первым высказал сомнение в психической нормальности прусского принца. Он считал, что Вильгельм «никогда не сможет быть нормальным человеком» и что время от времени у него будут случаться припадки ярости, а его вступление на престол «возможно, создаст опасность для всей Европы».

    Как и все пруссаки, Вильгельм гордился прусской армией и прусской боевой выучкой. Прежде всего и больше всего он хотел быть блестящим прусским офицером, а только потом всем остальным. Несмотря на то, что он не мог владеть левой рукой, Вильгельм после упорных и мужественных упражнений преодолел этот недостаток и сделался блестящим, ловким кавалеристом. В 1885 г. он получил чин полковника, в 1888 г. был произведен в генералы и в том же году унаследовал после скоропостижной смерти отца германский престол.

    Вскоре после коронации Вильгельма его мать, вдовствующая императрица, написала: «Я скорблю о Германии, теперь она станет другой. Наш сын молод, ослеплен, одержим. Он изберет ложный путь и позволит дурным людям склонить себя на дурные дела». Лучше, чем кто-либо другой, она знала, что Вильгельм не имеет ни соответствующих знаний, ни личных качеств для того, чтобы быть правителем такой великой и могущественной страны, как Германия.

    Но и для других этот изъян недолго оставался тайной. Тинцпетер заметил в 1889 г. об императоре: «Он совершенно не приучен к труду. Всевозможные развлечения в обществе военных, путешествия и охота для него превыше всего. Он читает мало… Сам почти ничего не пишет, не считая пометок на полях отчетов».

    Неопытность нового государя постоянно давала себя знать в поступках, делах и речах, но он компенсировал её самоуверенностью и неистребимым апломбом. Как никакой другой монарх того времени, Вильгельм верил, что он – государь милостью Божьей, и держал себя соответствующим образом. На одном из банкетов в мае 1891 г. он заявил: «В стране есть лишь один господин – это я, и другого я не потерплю». Подобные высказывания он произносил часто и по разным поводам. Не мудрено, что при таких взглядах он не мог «сработаться» со старым канцлером Отто Бисмарком, привыкшим при его деде к почти неограниченной власти. Вильгельм относился к нему с внешним почтением, однако трения между императором и его канцлером постоянно усиливались.

    Наконец, в 1890 г. старик попросил отставки и немедленно получил её. С этого времени Вильгельм стал решительно вмешиваться во все сферы управления. «Он никому не даёт говорить, – писал начальник генерального штаба Вальдерзе, – высказывает собственное суждение и не терпит никаких возражений». Императора вообще выводило из себя любое противодействие его воле.

    В 1891 г., выступая перед новобранцами, Вильгельм обрушился с нападками на рабочее движение. При этом он объявил, что солдаты должны не задумываясь «убивать своих отцов и братьев», если получат такой приказ от императора. В том же духе было его выступление в Кенигсберге в 1894 г., когда император призвал к борьбе «за религию, нравственность и порядок» против подрывных партий. После того как «Законопроект о подрывных элементах» провалился в рейхстаге, Вильгельм воскликнул: «Теперь нам ничего не остается, кроме ружейного огня в первой инстанции и картечи во второй!» И действительно, во время забастовки трамвайщиков от императора пришла телеграмма: «Я рассчитываю, что при вмешательстве войск будет убито не менее 500 человек».

    Агрессивность Вильгельма носила столь выраженный характер, что он выплескивал ее даже против собственного народа, против аристократов — ему было все равно. Повернув кольца на своих пальцах камнями внутрь, при рукопожатии он любил причинять такую боль, что у посетителей из глаз лились слезы. Русского великого князя он ударил маршальским жезлом по спине, а болгарскому царю публично дал увесистого пинка под зад. Забавляясь, он мог заставить пожилых генералов приседать, а однажды во время утренней зарядки перерезал ножом подтяжки одному из старших офицеров.

    Жестокую агрессивность Вильгельм демонстрировал и в своих выступлениях. Так, в знаменитой «гуннской» речи, которую император произнес перед немецким экспедиционным корпусом, отправлявшимся в 1900 г. в Китай, он дал солдатам приказ вести себя «подобно гуннам»: «Если вы встретитесь с врагом, то для того, чтобы драться. Пощады не давать, пленных не брать. Тот, кто попадет в ваши руки, в вашей власти». Все эти речи, скандализировавшие общественное мнение в Германии и Европе, были причиной многих отставок и конституционных кризисов. Однако близкие к императору люди вскоре поняли, что за этими громовыми выступлениями, в сущности, нет ни продуманной политики, ни даже определенного политического намерения. Они были прежде всего воинственной позой, которую Вильгельм считал нужным принимать перед всем миром.

    Ещё в 1890 г. Вальдерзе писал: «Его поступки определяются исключительно стремлением к популярности… Он буквально гонится за овациями, и ничего не доставляет ему такого удовольствия, как „ура“ ревущей толпы». Граф Цайдлиц-Трюцшлер в свою очередь писал об императоре: «Он ребёнок и останется ребёнком навсегда». Так оно и было на самом деле. Все, кто хорошо знал Вильгельма, в один голос утверждали, что он так никогда и не стал зрелым человеком. Он постоянно фантазировал, путал мечты и реальность, увлекался то одной идеей, то другой. Политика была для него игрой, которой он предавался с азартом и наслаждением, но не отдавая отчета о последствиях своих действий.

    Если внутри Германии Вильгельм до некоторой степени был сдерживаем рейхстагом, то внешняя политика всецело находилась в сфере его компетенции. Вильгельм живо откликался на все мировые конфликты, в какой бы точке земного шара они не возникали, постоянно впадая в пророческий и патетический тон. Он то предостерегал «народы Европы» от «желтой опасности», то присваивал себе титул «адмирала Атлантики», то высокомерно указывал русскому царю, что миссия России не в Европе, а в Восточной Азии.

    В 1894 г. Вильгельм потребовал аннексии Мозамбика, в 1896 г. – хотел отправить войска в Южную Африку, даже если бы это привело к «сухопутной войне» с Англией.

    В 1897 г. императора посетила мысль создать военно-морской флот. Люди, посвященные сразу поняли, что удар будет нацелен на Англию с целью отвоевать у нее мировое. Претензия на статус «мировой империи» толкала Вильгельма к участию в любых конфликтах, где бы они не возникали.

    В 1898 г., во время посещения Палестины, Вильгельм объявил себя покровителем всех мусульман мира.

    В 1899 г. он выслал англичанам оперативные планы войны против буров, изготовленные германским оперативным штабом по его заказу. Он мечтал создать в Южной Америке немецкую колониальную империю, а США пообещал, что в случае их войны с Японией прусские войска возьмут на себя защиту Калифорнии. Напрасно во всех этих зигзагах курса было бы искать продуманную программу действий. Они также были следствием экспромта, минутного увлечения или дурного состояния духа.

    Вильгельм считал — Германия должна править миром. Вследствие этого любой сосед Германии был и потенциальным противником, и потенциальным союзником. Многочисленные комбинации складывались в голове Вильгельма для того, чтобы короткое время спустя смениться другими.

    Руководивший внешнеполитическим ведомством Гольштейн признался однажды, что на протяжении полугода он должен был трижды менять свой курс, подчиняясь воле императора. Сначала Вильгельм требовал сближения с Россией и Францией для того, чтобы защищать германские колонии от Англии. Потом он захотел союза с Англией, даже ценой уступок колоний. Наконец, стал подозрительно относиться к Англии и России и попытался искать поддержки у Франции.

    Но с тем или иным союзником, против того или иного врага Германия должна была воевать, и Вильгельм деятельно готовился к войне. Центральным моментом его военной программы стало создание мощного военно-морского флота. По планам императора, Германия к 1920 г. должна была обладать колоссальными военно-морскими силами, включавшими в себя 60 линкоров. Он упивался этим замыслом на протяжении всего своего царствования. Уже в 1895 г. государственный секретарь Маршалл писал, что в голове у Вильгельма «только военно-морской флот».

    Посетив в 1896 г. свою мать в Кронберге, император признался ей, что намерен «выжать все жилы из Германии» с тем, чтобы отнять у Англии то главенствующее положение, которое она занимает в мире. В 1900 г. он уже открыто объявил на весь свет: «Океан необходим для величия Германии». При этом он не раз наивно старался уверить англичан, что рост морского могущества Германии нисколько для них не опасен. Но Англия очень серьёзно отнеслась к этой угрозе. Было объявлено, что англичане будут строить два военных корабля на каждый, построенный в Германии. Эта «дредноутная лихорадка» была в немалой степени причиной окончательного ухудшения отношений между двумя странами.

    The_Nine_Sovereigns_at_Windsor_for_the_funeral_of_King_Edward_VII

    20 мая 1910 г. Девять государей в Виндзоре на похоронах короля Эдуарда VII. Стоят, слева направо: король Норвегии Хокон VII, царь Болгарии Фердинанд, король Португалии Мануэль II, кайзер Германской империи Вильгельм II, король Греции Георг I и король Альберт I из Бельгии. Сидят, слева направо: король Испании Альфонсо XIII, король Соединенного Королевства Георг V и король Дании Фредерика VIII.

    В 1912 г. британское министерство прямо объявило, что в случае европейской войны Англия выступит на стороне Франции и России. Таков был итог императорской политики: постоянно угрожая всем своим соседям, Германия добилась только того, что все они, забыв о своих противоречиях, объединились против неё. Когда в 1914 г. началась первая мировая война, Вильгельму приходилось рассчитывать всего на одного союзника – слабую Австро-Венгрию.

    Выстрелы в Сараево глубоко поразили императора. Он поддержал самые решительные требования Австрии по отношению к Сербии («Сербия – это разбойничья шайка, – писал он, – которую нужно наказать за убийство»), но он был до конца уверен, что Россия не начнет войны из-за «цареубийц». Ответ сербского правительства на австрийский ультиматум 28 июня вполне удовлетворил его. Вильгельм написал под ним: «Блестящий результат… Но этим самым устраняется всякий повод к войне». Однако Австрия отвергла ультиматум, а вскоре пришло известие о начале мобилизации в России.

    С этого момента Вильгельм осознал неизбежность войны. Он вступил в неё с отчаяньем, предвидя в дальнейшем для Германии страшные беды и потрясения. В начале августа ему пришлось пережить ещё одно разочарование: Румыния, Греция и Италия заявили о своём нейтралитете. «Союзники отпадают, как гнилые яблоки!» – писал Вильгельм. Он не хотел признать, что одиночество и изоляция, в которой оказались немцы, были во многом следствием неуравновешенности его характера и неумелой личной политики.

    В первое время Вильгельм пытался лично руководить действиями армии, но уже через полгода он полностью устранился от военных дел, переложив их все на Гинденбурга и Людендорфа. Несмотря на все свои военные увлечения, Вильгельм оставался по духу глубоко штатским человеком, вечно колебался между страхом и самоуверенностью и панически боялся ответственности. Он, например, так и не отважился начать морскую борьбу против Антанты. Все четыре года войны немецкий флот простоял в своих портах. Таким образом, морская гонка вооружений, бывшая одной из причин мировой войны, оказалась совершенно бессмысленной: германский флот не играл в ней почти никакой роли.

    В августе 1918 г., когда стало окончательно ясно, что Германия не в состоянии победить, Вильгельм стал искать пути к почетному миру. Но страны Антанты, уверенные в своём торжестве, не пошли ему навстречу. Осенью началось сильное революционное брожение в воинских частях и на флоте. В ноябре волнения охватили Берлин. Вильгельм находился в это время в своей ставке в Спа.

    Вечером 8 ноября канцлер Макс Баденский позвонил императору по телефону и сказал, что его отречение необходимо для предотвращения гражданской войны. Вильгельм раздраженно отверг это предложение и приказал генералам готовиться к походу на Берлин. Но на совещании 9 ноября Гинденбург возразил, что «после здравых размышлений» он считает такой поход невозможным. Генерал Тренер высказался ещё более определенно: «Армия не подчинится такому приказу». В то же время пришло известие, что берлинский гарнизон перешел на сторону восставших. Вильгельм был глубоко потрясен этим событием; он заколебался, решил отречься от императорской короны, но все ещё надеялся сохранить прусскую. Не дожидаясь формального акта, Макс Баденский объявил в Берлине об отречении Вильгельма в пользу сына. Но он опоздал, так как Шейдеман уже объявил об установлении республиканского образа правления.

    10 ноября бывший германский император Вильгельм II со свитой из 70 человек покинул Германию, чтобы навсегда поселиться в Голландии. Именно в Голландии 28 ноября 1918 года он подписал формальный акт отречения.

    Эта страна сделалась его последним пристанищем. Император уехал за границу не с пустыми руками и вскоре приобрел в свою собственность старинный замок с парком, принадлежавший раньше епископу Утрехтскому.

    По Версальскому мирному договору 1919 г. Вильгельм был объявлен виновником войны и подлежал суду Международного трибунала. Но правительство Нидерландов отказалось его выдать, а государства-победители не настаивали на выдаче. До конца своих дней Вильгельм прожил в Нидерландах. В 1920 году активно переписывался с фельдмаршалом Паулем фон Гинденбургом, с которым у него были дружеские отношения. Вильгельм приветствовал его приход к власти в 1925 году. В 1926 году прусский ландтаг вернул Вильгельму его земельные владения, утраченные в ходе ноябрьской революции 1918 года.

    До самой смерти 4 июня 1941 года Вильгельм надеялся, что в Германии возможна реставрация монархии Гогенцоллернов и он еще вернется на трон. Он сочувствовал Гитлеру и очень выгодно вложил свои деньги в германскую промышленность. По официальным данным, за десять лет личное состояние Гогенцоллернов удвоилось и составляло в 1942 г. 37 миллионов марок.

    Вильгельм умер 4 июня 1941 г. от легочной эмболии в Дорне, Нидерланды.

    Несмотря на его личную неприязнь по отношению к Вильгельму, Гитлер хотел перенести его тело в Берлин для государственных похорон, так как Вильгельм был символом Германии и немцев во время предыдущей мировой войны. Гитлер считал, что такие похороны продемонстрируют немцам прямую преемственность Третьего рейха от старой Германской империи. Тем не менее, желание Вильгельма никогда не возвращаться в Германию до восстановления монархии было соблюдено, и нацистские оккупационные власти устроили ему небольшие военные похороны с присутствием нескольких сотен человек. Желание Вильгельм II о том, чтобы в похоронных торжествах не использовалась свастика, не было услышано.

    Mausoleumwhilhelm

    Гробница Вильгельма II в Дорне, Нидерланды

    Вильгельм был похоронен в небольшом  мавзолее в саду его поместья в Дорне, который с тех пор стал местом паломничества для немецких монархистов. Каждый год в июне преданная группа немецких монархистов приходят отдать дань уважения последнему кайзеру.

    Ваш отзыв

    Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.

  • Новости

  • Династии

  • Правители

  • Артефакты

  • Календарь

    Сентябрь 2017
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    « Авг    
     123
    45678910
    11121314151617
    18192021222324
    252627282930  
  • Метки

    Your browser doesn't support canvas.