• Новости

  • Архив

  • Самое популярное

  • Мета

  • Новое

  • Ясон Ферский


    Просмотров: 63

    В пике своего могущества. Ясон диктовал свою волю в Средней Греции, от него зависели (с ним желали быть в союзе) македонский и молосский цари, многие полисы были в союзе с ним или стремились к союзу, и он мог открыто добиваться фессалийской гегемонии в Греции.

    Фарсал дипломатическим путём перешёл под контроль Ясона, и в 374 г. до н. э. ферский тиран был провозглашён фессалийским тагом.

    Зимой 371/370 гг. до н. э. Ясон принял деятельную подготовку к очередным Пифийским Играм, главенство в которых позволило бы ему добиться руководящего положения в Дельфийской амфиктионии и получить гегемонию в Греции легальным путём (как впоследствии это осуществил Филипп II Македонский).

    Однако стремительный рост могущества Ясона привёл к быстро возраставшему негативному отношению к нему Фив, Афин и ослабленной, но ещё отнюдь не сокрушённой битвой при Левктрах Спарты.

    Ясон Ферский

    др. -греч. Ἰάσων ὁ Φεραῖος

    ?

    лето 370 г. до н. э.

    Тиран Фер

    388 г. до н. э. — лето 370 г. до н. э.

    Предшественник:
    Полиалк
    Тираны Фер
    Преемник:
    Полидор

    Таг Фессалии

    374 г. до н. э. — лето 370 г. до н. э.

    Отец: Ликофрон Ферский (? — 388 г. до н. э.), тиран Фер (406 г. до н. э. – 388 г. до н. э.).
    Мать:
    Род: Пагасай
    Жена:
    Дети: У Ясона было три сына и дочь.
    Фива, к 368 г. до н. э. жена Александра (? — 358 г. до н. э.), тирана Фер и тага Фессалии (369 г. до н. э. — 358 г. до н. э.).
    Тисифон (? — 354 г. до н. э.), тиран Фер (358 г. до н. э. – 354 г. до н. э.).
    Ликофрон II (? — 349 до н. э.), тиран Фер (358 г. до н. э. — 352 г. до н.э.).
    Пифолай, тиран Фер (354 г. до н. э. — 352 г. до н.э.).

    Отцом Ясона был Ликофрон, который в последние годы Пелопонесской войны был тираном в фессалийском городе Феры и при помощи лакедемонян едва не овладел всей Фессалией.

    Ясон принадлежал к тем властолюбивым людям, которые в молодости получили софистическое образование. Он был слушателем софиста Горгия и находился в дружеских отношениях с его учеником Исократом.

    Ясон начал свою политическую карьеру в 380—370 гг. до н. э. в период гегемонии Спарты. Невозможно узнать, непосредственно наследовал он Ликофрону господство над Ферами или тиранию вначале унаследовал Полиалк, старший брат Ясона; неизвестным остается и время, когда он пришел к власти. Во всяком случае, это произошло еще в 80-е годы, поскольку незадолго до 379 года он помогал некоему Неогену захватить крепость Гестию на севере Эвбеи и стать тираном округи и города Орей.

    В связи с событиями на Эвбее впервые упоминается имя Ясона. Однако попытка самому укрепиться при выходе из Лагасайского залива не удалась, поскольку спартанцы с поддержкой местного населения свергли тиранию ставленника Ясона и разместили в Орее свой гарнизон.

    В дальнейшем в борьбе Фив со Спартой в Средней Греции Ясон поддержал Фивы. Он содействовал снабжению Фив хлебом, установил близкие отношения с Беотийским союзом, находился в дружеских отношениях с Пелопидом.

    До 375 г. до н. э. с отрядом вымуштрованных наемников в шесть тысяч человек Ясон вынудил большинство крупных городов Фессалии к союзу и подчинил себе мараков, долопов и молосского царя Алкета в Эпире. Некоторое влияние Ясон имел также на македонского царя Аминту III. Полидам из Фарсала, пытавшийся противостоять Ясону, в конце концов, тоже вынужден был отступить, видя, что Спарта не решается ничего предпринять против этого могущественного человека, который к тому же объединился с Фивами и другими врагами лакедемонян. Так Ясону удалось без проблем стать избранным тагом фессалийцев (предположительно в 375/374 гг.), вследствие чего он на законном основании стал во главе всех фессалийцев. Он придал этой должности, которая была свободна 40 лет, гораздо более монархический характер, чем она когда-либо имела, и рассматривал ее как основу для дальнейшего распространения своего господства. Ясон собирался также присоединить окраинные народы, включая македонян, чьи леса могли обеспечить ему древесину для постройки большого флота, который он собирался укомплектовать пенестами. Он рассчитывал оснастить и вооружить корабли за счет военных взносов богатой Фессалии; и дани подвластных областей.

    При этом Ясон чувствовал себя конкурентом, если вообще не противником Афин и их морского союза, в который он отказался вступать. Союзник Афин, хотя и не член морского союза, Ясон все же в 373 году вступил в него, очевидно, захваченный врасплох хитрым маневром аттического стратега Ификрата, проводившего с ним переговоры. В конце того же года он даже лично явился в Афины, чтобы свидетельствовать в пользу обвиненного военачальника Тимофея.

    Но, несмотря на официальные связи с Афинами, Ясон сохранял полную свободу действий. Он мечтал вытеснить Спарту из Средней Греции, но все же поддерживал с ней хорошие отношения, унаследованные от Ликофрона, и придавал большое значение тому, чтобы быть другом лакедемонян. В Фивах, в честь которых он еще раньше назвал свою дочь Фивой, ему был близок Пелопид; Ясон также добивался расположения Эпаминонда, но безуспешно. Последний видел в нем соперника в борьбе против Спарты, а Ясон, исходя из своих интересов, не мог желать усиления Фив. Однако там после битвы при Левктрах надеялись с его помощью полностью сломить Спарту и призвали его в 371 г. до н. э. Он прибыл с наемниками и судами; однако отсоветовал вести против лакедемонской армии борьбу на уничтожение.

    Ясон считал, что Беотия не должна была становиться слишком сильной, желательно было равновесие со Спартой, которое давало ему возможность воздействия, а при необходимости и вмешательства. Поэтому он добился перемирия между противниками, оно позволило остаткам разбитого спартанского войска беспрепятственно вернуться на Пелопоннес. Затем Ясон возвратился на север, где незадолго до этого воевал с фокейцами, и теперь не только опустошил часть их страны, по и, используя слабость Спарты, разрушил стены укрепленной крепости Гераклеи Трахинийской. Область города он предоставил соседним ойтайцам и мамийцам, которые, будучи «периэками» фессалийцев, подчинялись ему как тагу. Поскольку затем македонский царь Аминта III был вынужден признать верховенство Ясона в форме союза, как это уже сделал молосский царь Алкет, то в 371/370 гг. подвластная область великого династа на юге, севере и западе простиралась за границы Фессалии.

    Исходным пунктом могущества Ясона была тирания над Ферами и соседними Пагасами, которыми владел уже Ликофрон, и над которыми Ясон сохранял владычество всю свою жизнь. Оно основывалось на унаследованном богатстве семьи, которое он, как и многие властелины, сумел приумножить финансовыми манипуляциями, иногда даже за счет собственных родственников. С самого начала эти средства дали ему возможность содержать наемное войско, которое уже в 375 году насчитывало шесть тысяч человек. Это были отборные, превосходно обученные люди, ибо, как и Дионисий I, на которого в чем-то был похож, Ясон предъявлял к ним высокие требования и вознаграждением разжигал их честолюбие, безжалостно отбрасывая неугодных. Опираясь на наемное войско, окруженный лейб-гвардией, он властвовал над Ферами как прежние тираны в Греции. Ни о какой верховной должности в городе не было и речи. Ясон, богатый и могучий, стоял как самостоятельная величина рядом с общиной, сохранявшей свои коммунальные порядки и чеканившей монету от своего имени. Нельзя точно сказать, повысил ли тиран регулярно выплачиваемые налоги. То, что его власть над городом была крепкой, объяснялось, очевидно, не только подавляющей военной силой, но и умеренным правлением, а также экономическими выгодами, которые обеспечивала населению его политика.

    Аристотель передавал его высказывание: «Я голодаю, если не повелеваю как тиран.» Но при всем своем властолюбии Ясон все же не был тираном, нагло попиравшим право и закон. Его слова: «Нужно совершить нечто несправедливое, чтобы иметь возможность совершить нечто справедливое» характеризуют его как человека, глубоко вникнувшего в этическую проблематику любого политического деяния.

    Однако наибольшее впечатление на Ксенофонта и других современников произвели прежде всего его колоссальная энергия, самодисциплина и необычайные военные способности. В физических упражнениях или в перенесении лишений Ясон лично подавал своим солдатам лучший пример. Он заботился также о больных и почетном погребении павших и проявил себя и на поле битвы, и в разработке новой тактики мастером военного искусства. К сожалению, о его внутриполитической деятельности нам ничего не известно. Его правление Ферами положительно воспринималось демосом города, но коренным улучшением положения пенестов Ясон, видимо, не занимался ни как тиран, ни как таг.

    После избрания на пожизненную должность предводителя всего племени, которое прошло формально корректно, но фактически под давлением его власти, Ясон остался: владыкой Фер, но и в этом качестве он проводил по отношению к Афинам свою собственную политику и совершал походы только со своим наемным войском.

    Своими успехами Ясон был обязан также сильному наёмному войску, насчитывавшего до шести тысяч воинов. В его распоряжении находились значительные материальные и людские ресурсы Фессалии. Ясон даже начал задумываться о панэллинском союзе для похода против Персии. Пропаганда панэллинской программы Ясона привела к существенному росту его популярности в Греции. Этому способствовало также то, что два крупнейших военно-политических образования Греции — Беотийский и Пелопоннесский союзы — сковывали друг друга при неопределённой позиции Афин.

    Перед битвой при Левктрах Ясон обозначил своё присутствие, явившись в Беотию с 1,5 тысяч пехотинцев и 500 всадников. Вместо совместного нападения на спартанцев, Ясон неожиданно предложил мирную инициативу и содействовал заключению между фиванцами и лакедемонянами перемирия. На словах он ратовал за соблюдение обеими сторонами благоразумной умеренности и осторожности, на деле же он ставил цель не добивать спартанцев, а способствовать сохранению между спартанцами и фиванцами равновесия и недоверия и поставить тех и других в зависимость от него самого.

    На обратном пути из Беотии в Фессалию Ясон укрепил свои позиции во враждебной ему Фокиде, разрушив укрепленные предместья Гиамполя и снеся стены спартанской колонии Гераклеи Трахинской. Эти земли он передал ойтайцам и мамийцам, подчинявшимся ему как тагу Фессалии.

    Создается впечатление, что он присоединил ойтайцев, малиев и перрхебов не столько к фессалийцам, сколько к себе лично. Если уж таг противостоял союзу родов (койнон) как партнер, то положение Ясона походило на отношение тирана к своему полису, в котором он — как, например, Дионисий — занимал исключительно высокую должность. О тирании напоминает также тот факт, что он был избран не для руководства решенной всеми фессалийцами войной — нормальной задачи тага, а в лучшем случае для улаживания внутрифессалийских раздоров, и прежде всего потому, что таково было по желание. Свидетельством тому служит и передача должности по наследству, что позволяет говорить о династии. В то же время нельзя уподоблять тиранию Ясона над всей страной территориальному владычеству Дионисия.

    Нет и речи о насилии над городами, кроме Фер, а также об использовании большого военного потенциала Фессалии для расширения своей личной власти. Этот потенциал составлял 8000 всадников, 20 тысяч гоплитов и множество легковооруженных, сюда же можно добавить массу занятых на флоте пенестов, а также военное участие окраинных родов. Возможно, в будущем он собирался использовать эти силы, если бы дело дошло до осуществления лозунга, провозглашенного его учителем Горгием и поддержанного дружественным ему Исократом, — пойти войной на персидского царя, победить которого ему казалось легче, чем покорить Грецию.

    Однако для этого вначале необходимо былo обеспечить койнону фессалийцев гегемонию над Элладой. Почву для этого должно было создать восстановление прежнего ведущего положения в дельфийском амфиктионе. Лишь зимой 371/370 гг. до н. э. он выступил как таг всей Фессалии.

    Для весенних Пифийских празднеств, руководство которыми Ясон хотел взять на себя, он велел во всех городах подготовить необычайно большое количество жертвенных животных и назначил приз за лучшего быка — золотой венок. Однако сами фессалийцы должны были явиться в полном вооружении. Страх дельфийцев, что Ясон может покуситься на сокровища святилища, был совершенно неоправданным. Ему было необходимо продемонстрировать военную мощь, имеющуюся в его распоряжении, и показать себя подлинным вождем всей Греции в совместной борьбе против персов. Можно сомневаться, что он достиг в этом успеха, несмотря на его выдающиеся способности, на мощь фессалийского войска и сравнительно благоприятный шанс, который появился после крушения Спарты. Это сомнение подтверждается не только укреплением Беотии, но и общими соображениями.

    Еще в меньшей степени, чем на Сицилии, греки полисов метрополии были готовы добровольно признать деспота, не говоря уже о человеке, на котором было пятно тирана. Когда Ясон еще до начала Пифийских празднеств был убит во время осмотра конницы в Ферах семью юношами благородного происхождения. Двое из убийц были умерщвлены на месте телохранителями Ясона. Пятеро из заговорщиков, которые, кажется, служили в лейб-гвардии, спаслись бегством и встретили в нефессалийских городах восторженный прием: до такой степени — свидетельствует современник Ксенофонт, обычно отзывавшийся о Ясоне с восхищением — боялись эллины, что он может стать их тираном. Исполнение должности тага  и; не без оснований — казалось завуалированной тиранией, заключавшей в себе возможность ее распространения на всю Грецию.

    Подоплека покушения, которое, возможно, было не первым, покрыта мраком. Видимо, как утверждал Диодор, к нему был каким-то образом причастен Полидор, брат Ясона, но точно известно, что за убийством не последовало ни свержения тирании в Ферах, ни восстания в остальной Фессалии. Владычество над городом и должность тага остались за домом убитого.

    Смерть Ясона положила конец притязаниям Фессалии на гегемонию, ибо мощь Фессалии полностью опиралась на талант Ясона.

    Трое сыновей, оставшихся от Ясона, к моменту его внезапной смерти, по-видимому, еще были слишком малы. Во всяком случае, должность тага была передана братьям погибшего, Полидору и Полифрону, которые вначале совместно властвовали и над Ферами. Но уже через короткое время Полидор был убит по пути в Ларису, предположительно Полифроном, которому достались тирания и должность тага.

    Единоличное правление Полифрона продолжалось 10 месяцев, после чего он был убит племянником Александром (сыном Полидора и зятем Ясона).

    Ваш отзыв

    Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.

  • Новости

  • Династии

  • Правители

  • Артефакты

  • Календарь

    Декабрь 2017
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    « Ноя    
     123
    45678910
    11121314151617
    18192021222324
    25262728293031
  • Метки

    Your browser doesn't support canvas.